Баллада (посвящается моему прадеду Липину Н.И.)

Есть у России сыновья!
Они всегда достойно ей служили.
И те, что честно голову сложили.
И те, что тихо умерли от ран.
И те, что до сих пор остались живы.

Когда ты встретишь этих ветеранов
Былых сражений Матушки-Руси,
Ты погляди на их святые лица.
Про дни войны былой их расспроси.

Как оживут их старческие лица,
Взметнутся брови, заблестят глаза.
И ты услышишь дивные рассказы
О днях прошедших ратного труда…

…Их было трое в маленьком окопе.
(А дело шло уже к концу войны)
Один был младший лейтенант, совсем мальчишка,
Другой – солдат, прошедший пол страны
А третий был мой прадед, молодой парнишка,
Пришедший на войну по волею судьбы.

Летели пули и рвались снаряды.
Привычные дела – была война.
Но в каждом тлела искорка надежды –
Дожить бы до ее победного конца.

Вдруг детский плач раздался где-то рядом,
И охнув, женщина упала на песок.
А пули сыпались смертельным адским градом
(Ведь это был немецкий городок).

И встрепенулись трое, глянув из укрытия,
Ребенок плачет, женщина лежит.
И что-то шепчет помертвевшими губами….
Понять ее уж не дано нам с вами.

А пули, как горох, стучали по асфальту
Неся в себе свинцовое драже
И каждый из них знал, что, выйдя из окопа,
Обратно не вернется он уже.

Рванулся все же дед, но пуля – дура
Сердито чиркнув, вдарила в плечо.
И сразу кровь умыла гимнастерку
И потекла по телу горячо.

«Лежать», - прикрикнул лейтенант, но было поздно.
Привычным махом, преодолев бруствер,
Ушел солдат, чтобы спасти немецкого ребенка.
Ушел в небытие. Ты в смерть его не верь.

Звучала канонада как салюты,
Когда солдат, лишь Господом хранимый,
С немецким мальчиком вернулся на руках,
Преодолев барьер смертей неуловимый.

Теперь уж деду девяносто лет.
Конечно, он не знает о судьбе того мальчишки.
Но внуки и его и деда подросли –
О страшной той войне читают только книжки…
Вы, дорогие наши ветераны!
Мы знаем, помним, любим вас.
Примите поздравления с Победой.
И низкий вам поклон от нас!

Александра Липина, 10 лет, 2005 год