Дети двадцатого века

Я видел плач и крик...
Жертв бессилия и бессонных ночей.
Ко мне во сне являлся старик,
Который молвил о проклятии дочерей:

"Ржавые звезды вторят о блеске,
Которым нЕкогда обладали они,
Девушки жаждут возвращения чести,
С которой так рано расстались они."

Пока Земля купается в истоме,
От прошлой ночи, черной и густой,
Свет не исчез ни на минуту в каждом доме,
В них женщины молились о чуде простом.

Кто-то проснулся уже, и готов,
Вновь до поздна осаждать профсоюсы,
Мы же, мечтаем солнца лучи,
Снова увидеть сквозь ржавые шлюзы.

Кто-то боится стекла и кредиток,
Свернутых в трубочку денежных знаков,
Порошковых дорожек, где экспедитором,-
Тот, кто продал ему белую гадость!

Нет больше принципов, нам не дано,
Понять, что есть в мире духовность,
Нам нужен блеск глаз, нужно только одно:
Мир ощущать сквозь онемевшие ноздри.

Мы, те кто проснулся в этот час,
И в ком видна та праздность и потеха,
Мы, и больше никто кроме нас,-
Мы жалкие дети двадцатого века.