философия любви

О тебе

Я снова никого не полюблю,
Так сильно, как тебя.
Тебя опять боготворю,
Тобою жизнь моя полна.
И я дышу ради тебя
И в венах кровь бежит,
Тобой пропитана я вся,
И разум только о тебе
Мне говорит всегда.
Все для тебя, все снова для тебя…
Порви ты этот круг.
Ведь я же знаю,
Что останусь я без тебя,
Из-за тебя опять одна.
Но на этот раз мое сердце не выдержит мук.
И снова все ради тебя…
И сердца моего последний стук…

Бросая душу на листок бумаги,
Кидая мысли вслед,
Тебе на миг, но станет легче
И горе, может, не оставит след.
Тебе не будет больно, так как раньше,
Ведь время лечит все:
От сломанной в аварии руки,
До сломанной тобой удачи.

Пусть вырастут крылья у тех, кто страдает.
Пусть высохнут слезы у них на глазах.
Пусть те, кто в несчастье сейчас пребывают.
Найдут свой светлый рай на небесах!
А те, кто рай свой променяли
Ради людского слова на Земле,
Пусть те теперь всю жизнь страдают
И бессмысленно ищут его в темноте…
Теперь, поняв, что сделали проступок,
Дороги нет уже назад…

Хочу жить на небе, хочу ввысоке,
Куда никогда не добраться тебе.
Хочу я с птицами болтать о том, о сем.
Хочу стоять, чтоб не упасть на облаке я белом.
Смотреть вперед на горизонт,
Дышать свободою своей…
Дышать любовью, добротой,
Смотреть на зло и на людей.
Встречать всех тех, кто б раньше мне не встретился.
Хочу жить в сердце у тебя.
Хочу жить вечно, навсегда.
Хочу я зло из памяти стирать,
И этим людям помогать.
И я тебе помочь смогу,
Как жаль, лишь только, когда я умру.

Горе, зло – все одно.
Правда, ложь – все равно.
Свет и тьма – одно лицо.
Жизнь без тебя не имеет концов.
Слова не имеют начала…
Я хрупкая, взяла б и закричала,
О том, что в памяти моей,
О том, что ты меня сильней,
О том, что мужество твое мне дорого теперь.
И песни слышу я всегда.
И все слова любя, любя,
Я повторяю вновь и вновь.
Я о тебе, моя смертельная любовь…

Я на белом полу начертить хочу судьбу.
Краски, кисти я возьму и цвета распределю.
Будет много голубого, это добрый цвет,
Зелени не будет много, ведь надежды, впрочем, уже нет,
Я и красный цвет возьму, показать всем,
Что люблю.
И закончится все это черным цветом,
То есть смертью…

Я люблю тебя, не сомневайся.
Люблю в любом твоем обличие,
Я люблю тебя до неприличья и во сне и наяву.
Я могла б дышать твоим дыханьем,
Пить слезы у тебя из глаз,
Делать вид, что верю оправданьям,
Если б что–нибудь коснулось нас.
Не испугалась я б и черной смерти,
Затупила бы ее косу,
Если б знала, что за тобой идет она в сыром лесу.
Я стану ангелом твоим, когда умру,
Я буду защищать тебя от злого рока.
Я выбор твой благословить смогу,
И пусть для сердца это будет так жестоко.
Я поцелую в глазки твоего сынка,
И ночью плакать он не будет от волненья.
Я зло не причиню ему, поверь мне,
И не терзай себя в бессмысленных сомненьях.
И пусть «святая» для тебя не я,
И с ней ты спишь под одеялом,
Но сердце у тебя не камень, знаю я.
Боюсь когда – нибудь оно
Сгорит в угаре пьяном.

Как хотела б видеть я, когда твои глаза закрыты, когда ты спишь…
Слышать в тишине ночной, как ты тихонечко сопишь.
Видеть, как дрожат твои ресницы от дурного сна
И в жизни перелистывать страницы, где ты и она.
У реальной жизни множество томов,
Давай мы вынесем последние из них из своих домов!
И перепишем, переломим, поговорим с судьбой наедине.
Она сильней, умней, мы дух ее не сломим,
Но мы же вместе. В этот миг не страшен мне
Весь ее гнев, пытливое молчанье, и блеск неравнодушных глаз.
И все ж с судьбой не выиграть состязание одному из нас.

В душе моей все люди будут прощены,
Что мне добро дарить успели.
Ведь я ж не вижу ни света, ни тьмы,
Я лишь колючая помеха на жизненном пути.

Сколько можно жить во мне?
Сколько можно грызть мне сердце?
Не ползи к нему… по ребрам.
Упади, тебе на нем нет места.
Руки убери с души моей!
Иль протри их влажною салфеткой,
Не обожжешь ты пальчики свои,
Ведь душа моя теперь из пепла.
И зачем, скользя во мне, ты цепляешься за вены?
Руки твердые твои бьют их с скрежетом о стены.
И, достав до сердца, иногда,
Ты его в кулак сжимаешь сильно,
Что не кровь, и даже не вода капают с него обильно.
Мое сердце плачет, слезы льет,
Все внутри дерет, дерет от соленой жидкости такой
Вот тебе вся правда о любви земной.

Разорви мне душу на мелкие части,
Проколи мне сердце ржавым гвоздем.
Ты же знаешь, все в твоей, лишь, было власти,
Ты решал, быть или нет нам вдвоем.
А ты знаешь, я не хуже и не глупей тебя в сто раз.
Я не знаю, зачем так нужен
Мне оскал твоих хитрых глаз.
Твои мысли не спокойны,
Твое сердце бьется с моим в унисон,
Мы грезим об одном и том же:
Если б только вечность между нами
Была б кошмарным сном.

Рука устала чистить душу простым карандашом,
Ведь, оказалось, в этом мире слабо все.
Мои воспоминанья – ком.
Чем дольше я живу, тем ком все больше и мощнее,
Любовь пронзает сердце мне все чаще и сильнее.
Да подавилась бы она тем ядом, что приносит.
Пей, не смыкай свои уста! Открой пошире рот свой!
Глотай и наслаждайся всей горечью обид моих.

Мы прыгаем по облакам и не боимся с них упасть.
Эта игра важнее жизни, эта игра сильней, чем страсть.
Каждый день играем со смертью, мы каждый день, как два бойца,
И каждый вечер капли пота капают с лица.
Я оближу все твои раны, что нанесла тебе в бою, Заштопаю сердце иголкой, недостающий кусочек пришью.
Разолью немного света там, где пусто и темно давно
И мы с тобой поженимся летом нереальному миру назло.
И все запомнят этот день, ведь, именно тогда,
Над головами нашими промчится счастливая за нас звезда.
И месяц весело моргнет, подарит нам свой свет.
Как жаль, что человек не может спать хотя бы тысячу лет.

И все же, кажется судьба, она опять столкнет нас лбами.
Мы будем драться, как всегда, потом мы будем плакать горькими слезами.
Ты, покидая поле боя, в нору свою заляжешь снова - спи!
Ведь, ты, по-моему, боишься всех тех преград на жизненном пути.
Всех тех преград, что я несу с собою, что вслед идут за мною по пятам.
Подумай, я тебе даю тот шанс, что я дала бы только лишь герою.
Даю тебе его в своих стихах… волшебных снах…

Я кормлюсь лишь только мыслью о тебе,
О тебе…возможно, не любя уже.
Я птица вольная, лечу
И сделать я смогу с тобою все, что захочу.
За рученьки подергать… я хочу тебя.
Ты - куколка в руках судьбы,
Твой облик, разум твой и тело
Давно на ниточках висят.
В моем кармане – острые ножи,
А вдруг, я захочу разрезать твою жизнь?
Конечно, я могу вообразить,
Как нож касается заветной нити,
И ты вопишь, ты только раб в миру своих закрытий.

Ты сахар добавляешь в бокалы горя моего,
Ты сделать все пытаешься красивее и лучше
Ты – виртуоз, ты – всемогущий раб
И заодно, ты – парень мой, что всех на свете лучше.
Всегда, надеюсь, я, твоя рука спасет меня от ада.
Ведь ты - опора, ты стена моя, и в жизни, кажется, моей награда.
Награда? Мне? За что? Что сделала на свете я благого?
Я счастье некоторым приносила и горя приносила тоже много.
Я – роза острая, я – воздух обжигающий, и постоянно в поисках чего – то я живу.
Со мною никогда не станешь травою увядающей, если будешь жить с розою в миру.

Как хорошо, что ты исчезаешь, как хорошо, что ты в темноте,
Твой облик пропадает, глаза тускнеют.
Все реже вспоминаю я щетинки на твоем лице.
Все проще без тебя, жить проще не любя.

Черный экран телевизора, в отражении – я.
Теплый ковер под ногами.
Справа – окно, звезды с неба звездят.
Возможно, кто–то стучит – все равно.
Белый потолок низко надо мною,
Я могу его на пальцах подержать,
Кто-то давит сверху на него,
Не давая полной грудью мне дышать.
Черные пробелы, свет в конце строки,
И над головами ставятся кресты.
Каждый крест – свое значение,
Здесь любовь, и радость, и почтенье,
Страсть, и нервы, и волненье,
Невозможное, возможно, вдохновенье.
Все, с чем трудно мне дышать,
Без чего дышать нельзя мне вовсе.
Красная книга, ногти, кровать.
Последнюю каплю слизать с карандаша,
- прошу, не кровоточь, моя душа.

Оттолкну ногою строчки боли, подожгу я имя с «А»,
Сдую серый пепел с глаз, чтобы лучше разглядеть тебя.
Ты теперь не идол вовсе мой, ты обыкновенный, темный, ты земной.
Черный ангел в рай попал, перья, все обветренные, раскидал
По кокосовой перине белой, мягкой.
Палец грязный окунул в шоколад любимый, сладкий.
Так легонько отшвырнул ласку, нежность, доброту.
До предела растянул всю любовь мою.

Раз, два, три
Закрою сердце на несколько замков,
Прикрою боль свою железной дверью.
Тук-тук
- Кто там опять? Уходи. Не впущу, нет, не верю.
Топ, топ, топ
Ушел. Сердца стук проводил его громко.
Кап, кап
Слезы капают на пол. Все солено вокруг, все мертво.
Сердца стенки помазать лекарством,
Но любовь в аптеке не купишь.
Ты во всем мне был идеалом:
То, как ешь ты, как спишь и как куришь.

Я, как путник, умирающий от жажды,
Как телефон, уставший звонить.
Я в жизни сделаю что – то важное,
Что – то, чего не искоренить.
Я жить хочу ощутимо, что б каждый узнал мой стих.
Ведь время смерти неотвратимо,
Я знаю,
мой голос затих…
В детстве ее не учили шаги свои страшные мерить,
И мало кто к ней прикасался,
Пред ней закрывались все двери.
Она появлялась на свете - ясное небо сбегало
И в рев падали дети и все живое сгорало.
Наверно, ненависть людская убивает добро в ней сейчас,
Но знай, у каждого есть призванье, значит ее – убивать.
Она, как и люди, разная, у смерти свой предел.
И боязнь ее очень заразная, боязнь это худший удел.

Мне хочется написать стих, отразить там свои чувства.
За окном потихоньку вечер затих и вскоре день прогремит, как рок-группа.
В ней тысячный состав - людей на свете много.
У каждого свой инструмент, свои дела.
У каждого свой путь, своя дорога.
А смерть, она на всех одна.
Она не пощадит ни твой успех, ни твою душу,
Не услышит просьбы твоей, лишь посоветует,
Указ нарушив, не думать о конце своих дней.
"Я за теми лишь рано приду,
Кто имеет гнилую душу,
Кто имеет лживое сердце
И в холодную зимнюю стужу не возьмет даже в руки котенка-
Обогреть человека теплом.
И пусть это звучит слишком громко: подожду их за темным углом".
Не потрясли меня эти слова, я знаю,
У старухи есть рассудок.
Сотни веков существует она…

Рай и ад на поле боя. Сжались кулаки небес.
Кинул искру с небоскреба,
И появился в дымке бес.
Жажда мести и расправы черной гнилью капают из глаз.
Б: « Почему? должна же жить во смраде
Догорающих волос и глаз!
Каждый день, трудясь до посиненья,
Во благо ада, дома моего,
В сторону кидала бы сомненья
На счет проступка рокового своего.
Ведь, находилась в глупых рассуждениях:
Нужна или нет, на Земле.
Путь, конечно, выбрала неверный,
Сама себе, ответив – нет».
Бес, вдруг, сплюнул, зачихал, закашлял-
Ангельская пыль попала в нос.
Поток искрящихся теплых капель ударил нежно,
И другой вопрос царил теперь в больших рогах его
Кто же смотрит так несмело на него?
Кто руками душит ненависть и зло?
Кто своей искрящейся улыбкой
Зажигает в падших душах свет?
Ангел, может, может - нет.
А: «Ведь, внутри ее стучало чувство,
Неподвластное тебе и мне,
И душа ее пахла ванилью,
Как там, у меня, в вышине.
Он не понял, раздавил, покинул.
Бросил он в лицо ей свой уход.
Бедная…»
Б: «За чем же героину наложила себе в рот?
И, с трудом глотая смерти порошок,
Посмотрела в зеркало так смело:
Спутанные волосы, в горлышке - любви мешок
Выплюнуть пыталась - не сумела.
СМСки, планы и друзья-
Стало ничего не нужно больше».
А: « Слезы, как из медного таза вода,
Лились, ведь, днем и ночью!
Ладно, прав ты, отрицать не смею,
Но, если хочешь наказать ее сильнее,
Оставь в моей обитель навсегда,
Пусть грешная ее душа порхает адом средь цветов
Ты знай, ее наказанье это любовь».

Вся грязь людского слова
Ручейками льется изо рта,
И снова друга обливаем, словно
Нет нам для ненависти неродного лба.
Мы вечно обижаем тех, кто рядом,
Кто пытается понять и объяснить
Все, то, к чему другие повернулись задом,
Все, что не смогли бы простить.
Не кормите злом тех, кто вас любит,
Не тяните сжатую ладонь,
Распахните душу, ваша реальность
Покажется волшебным сном.

Как замечательно в мечтах побывать в раю, на небе.
Там так красиво. Я над водой парю, одета в шелк.
Мне так тепло, лишь чуть прохладный ветерок
Тревожит ряд моих ресниц. Глаза закрою-
Слышу щебетанье птиц. Я приземлиться захочу-
Ногой вступаю на перину из лепестков.
Уколоться побоюсь, но здесь у розы нет шипов.
Здесь бабочки порхают надо мною
И шепчут на ухо мои стихи.
Здесь, повторю я, так красиво, восхищения не скрою,
Здесь так красиво жить, уйдя с Земли.

Я не хочу орать «прощай»,
От нас остались только тени,
Ты злом своим меня не угощай,
Все в прошлом, слезы на коленях
Давно уж испарились в некуда,
Давно они - соленый пар…
И горечи слеза дождем лилась,
Скользя по волосам.
Ты падал, падал, падал.
Виноват ты сам.
Теперь в моих глазах
Ты лишь окурок со следом помады,
Какой же цвет я все – таки люблю?
Какая разница, не важно,
Не мой окурок, не курю.

«Любовь не должна быть болезнью,
Несущей жар и бред.
Любовь – это слово спасенья
От всей кутерьмы и бед.
Любовь – это влага,
Иссохшему стеблю цветка,
Любовь – это, как – бы награда,
За все благие дела…» -
Наверно это видят оптимисты
Сквозь розовые стекла глаз,
Что ж считают пессимисты?
Вот вам теперь их сказ:
«Любовь, превращаясь в иголки,
Иссекает кожу в кровь,
Делает больно без толку,
Действительно больно, и вновь
Она, пробираясь в сердце,
Микробом живет внутри,
Любовь – это тайная дверца,
Тайная дверца в крови».

Порезав вены, я еще успею
Начертить любовью на стене.
Очищу душу, вытру слезы,
С корнями вырву мысли о тебе.
Не оправдал моих надежд,
Который раз, ударил словом,
Бросил громко, и в этот час
Я здесь одна. Я лишь писать могу, и все.
Что толку в этом мире от меня?
Мой рай – любовь,
Мой ад – любовь,
А ты теперь моим не будешь никогда.

Только лишь тебе скажу «люблю», ангел мой хранитель.
Знаю, есть ты, знаю, видишь, что со мной творится.
Ты пытаешься помочь мне выбрать светлый путь,
Тянешь руки, дышишь, грея душу, дуешь, заставляя сохнуть
Слезы на руках. Они сожгли бы мою душу в прах.
Пепел сыпался бы вниз, отпечатки серых ног на насте.
Я босая, но зато в подвенечном платье.
Душу нараспашку пред тобою – нечего скрывать,
Ты погладь меня нежной рукою и в ладонь поцелуй опять.
Ты закрой крылом беззащитное тело,
От напасти и бед сбереги. И если я заслужила,
Скинь с небес ломтик любви.

Спасибо, Солнце, что светишь в жизни моей сейчас.
Благодарю тебя за каждый вечер, за каждую ночь,
За каждый час.
Благодарю за нежность поцелуя в щеку,
Сырую от слез.
За то, что ты рядом, когда в душе моей буря,
За седые прядки волос.
За взгляд твой уставший порою,
За чистоту твоих чувств,
За ласку, добро и любовь…благодарю…
Ну и пусть я не сплю с тобой рядом в постели,
Днем не готовлю обед.
Похоже, ангелочки не успели
Поселить тела наши вместе.
Но в этом, поверь мне, нет бед.
Тела – это лишь оболочка, душа человека внутри.
И если уж души не вместе, то тут хоть зови не зови
Любовь не придет, она будет жить отдельно.
Ведь, все на свете материально: дом, одежда, еда,
Страсть, надежду, любовь, их не купить никогда.

Я знаю, плачу, плачу, плачу.
Зачем душа зовет его?
Он должен ничего не значить,
Не должен трогать будущего моего.
Он пожалеть еще успеет –
Жизнь не прервется сейчас,
В душе его заведутся змеи
И будут кусать каждый час.
Капли яда, плывя по крови,
Направление к сердцу держа,
Принесут тебе столько боли,
Столько острой боли ножа.
У тебя онемеют ноги,
Ты вспомнишь руки мои
И поймешь, что ты сбился с дороги,
Не испытал с ней чувство любви.

Я дьявол, который верит в бога,
Летает к нему по делам.
Я раб его, и только.
Рогами прислоняюсь к ногам.
Я буду мыть их слезою,
Лизать языком облака,
На перепутье дострою
Дверцы для рая и ада.
Потом запоздалые души
Раскину по сторонам.
Святой принцип не нарушу,
Ведь, Божий указ мне дан.
Это доля моя по жизни,
О большем мечтать не могу.
Сердце мое дышит, любовью других,
А свою забросило в даль
И искать не желает.
Зачем?
Без любви легче жить.
Теперь душа моя умирает,
А разум кричит «держись».
Я похороню ее там, у себя,
За черным котлом раскаяния.
Поставлю крест, напишу:
«Душа, не знавшая пониманья».

О, бедный мечтатель, ненормальный, поэт,
Во зле ты видишь прожилки света.
Ты ловишь зайчик на стене,
От жизни вечно ждешь ответа.
Рой мыслей и безумных строк
Кружатся на клочке бумаги.
Ты вышит, словом между слов,
Вся жизнь твоя останется на память.
Ты, потирая мокрые ладони,
На стульчик снова сядешь свой.
Окно открыто.
Солнце жаркою рукой погладит
Капли пота на морщинках на лице,
И ветер поцелует губы нежно.
Все так таинственно, безбрежно
В хрупкой, как хрусталь, душе.
Ты защищай ее всегда,
Не давай гнилым рукам касаться.
Она – это все, что есть у тебя
И за нее ты будешь драться.

Я восхищаться не устану силою его.
Я знаю, он опасен в порыве гнева своего,
Я знаю, он труслив – не понимает шума,
Но, как все же он красив, такой лазурный.
Какая грива у него, в ней путается ночь.
Глаза раскрыты широко,
Глаза как у меня точь–в-точь.

Под теплым летним дождем
Я приведу в порядок чувства.
Не буду погружаться в раздумья ни о чем
И взгляды мыть на будущее.
Я подниму ладони кверху,
Прикосновенье неба ощутив,
Я смою с них всю грязь из лета,
Которое давно пора простить.
Вода погреет мне лицо
И спустится к уставшему асфальту.
Сниму я повседневность с ног,
Разуюсь, наконец – то я летаю!
Налево и направо взгляд мой упадет.
Люди все накрылись делами,
Выйди, мы побродим под дождем,
Мы поговорим о главном с небесами.

Ослепнуть за взгляд на настоящее,
Холодной смерти руку пожму,
Я падаю все время, но не падшая
Говорила ж, без него я умру.
Душа моя – прах, жива моя плоть,
Все так же ходит, ест и одевается,
Все так же руки, ноги моет перед сном,
Все так же едет в институт, что б покататься.
Как странно жить ей без души,
Без сердца мягкого стучанья,
Как страшно жить во лжи,
Во лжи всех дней, во лжи молчания.

Вся суть жизни – одного любить,
А другому быть любимой.
Небесам - тебя благословить,
А обо мне забыть, немилой.
Суть цветка – расти, дарить свой цвет
Бабочкам, глазам и птицам,
А на утро, просто умереть,
Лепесток последний уронил он.
Чтобы «сути» суть понять,
Не опоздать и не пропасть в дороге.
Я готова опыт перенять с прошлой жизни,
С прожитой дороги.

Я люблю болтаться, как листок,
В мире мыслей в голове моей туманной.
Каждый миг порхает между строк
Глобальность Слова неустанно.
Я правду свою догоню,
За ноги цепляюсь жадно,
Я даже ботинок ловлю
Со ступни ее маленькой, славной.
Она пусть ложь для другого,
Пусть для него она – черная смесь.
А я ее знаю и помню.
Смотри, она здесь, она есть.

Стоит, стоит дальше жить,
Если выброшен наружу!
Растоптать пытались?
Не ленись встать из грязной лужи.
Гордость, мудрость подбери,
И сожми в кулак их сильно,
Пальцы ты не разомкни,
Завтра будет им обидно.

Мы с тобою в темном лесу,
Такие похожие и разные.
Мы при смерти.
Ты выпьешь последнюю росу,
А я отдам тебе бессмертие души.
Ты сук воткнешь мне в сердце насовсем
И руки вытрешь о траву.
Забрызгается толстый стебель проблем
И помятая трава по утру.
Прольется слеза моя красным дождем,
И не высохнет мокрый глаз.
Раскроется цветок, обожженный солнца лучом,
И посмотрит печально на нас.
Ты его не убьешь, ты бессилен.
Он питается кровью моей,
И влагу глотать он будет
До конца твоих призрачных дней.

Судьба

Темное окно, черное одеяльце, белое тельце внутри.
Вся она вышита пальцами белого Бога зари,
Вся она одета в шелк, и крылья прячет под луну,
И звездами россыпь волос ее скрылась во тьму.
Смех ее - слияние миров, неба бескрайности и земли оков.
Она посланник между здесь и там,
На край Земли пойдет за мною попятам.
За ноги поймает и потащит вслед,
Вслед моей мечты, вслед моих побед.
Не остановить ее волшебные шаги,
Не остановить тебя, сдаюсь, веди.

Тонкий шрамик там, у кисти.
Тонкий шрамик - мои мысли.
Тонкий шрамик сросся неверно.
Тонкий шрамик – мои нервы.
Зашит неровно усталым врачом.
Жизнь, я была твоим палачом.

Просто в вечность свалиться, не увидев конца,
Вслед за мной полетит моя грусть без лица.
Град упадет на Землю без слов,
На Землю оков и отчаяния строф.
А я останусь выше всего,
Там, где добро царит, а не зло.
Я буду падать в вечность помогать тем,
Кто не смог на Земле устоять.

Гадалка гладит пальцами ладонь
И смотрит на меня тоскливым взглядом,
Браслет, украденный в метро,
Давно никто не ищет, ну и ладно.
Вот перекресток жизни на лицо,
Оборван посередине, где не надо.
И снизу, якобы, видит кольцо.
Обручальное значит? Ну, славно.
Карьеры рост, рождение детей
Разглядит прозорливая бабка.
И дней твоих концов конец
Выложит тебе «на сладкое».
Я в карман полезу – отдать ей монет,
Не нащупаю даже копейки.
«Странно, там пусто»,-
Промелькнет в голове,
Тут же подниму свои веки:
Нет той гадалки с красным платком,
Укрывающим черную гриву.
И по близости нету метро,
Где смогла подойти к ней я мило.

Жизнь становится яркой, ощутимой,
Когда вокруг погашен свет,
Когда кислород теряет воздух,
Когда не понимаешь, день сейчас иль нет.
Когда все чувства на одно лицо
И пламя льда может обжечь,
Когда ты руки тянешь к концу
И понимаешь, что это, лишь, начало…
Начало вечных встреч.
Когда, ты грязь рукой черпая,
Не понимаешь смысла слов,
Когда она бежит ручьями,
Касаясь непорочных умов.
Ты прошлое сгребаешь в кучу……
………..
И не важно, кто сейчас лучше,
Когда земля не чувствует ног.

Черный кофе.
В нем теплится ломтик луны из окна.
Размешиваешь сахар ложкой,
И опрокидываешь чашу до дна.
Ты смыл грехи свои - обиды дня,
Ты выпил ненависть людей
И в память кинул все слова.
Ты, о жизни другой мечтая,
На карнизе стоишь не дыша.
Ты, проступки свои вспоминая,
Понимаешь, где теперь крылатая душа.
Ты до неба дотронулся пальцем,
Проткнул насквозь ногтем небосвод,
Историю в вечность жил скитальцем,
И думаешь, что прожил
И вот,
Кажется, низко, земля под ногами,
И где-то на него смотрит Бог,
И вот-вот ангелок прилетит с опозданием,
Заденет крылом трупик
избежит ненужных хлопот…

Кого просить о помощи, когда мне плохо?
Кого я поцелую в губы, упадя на дно?
Как не сделать больно человеку, который верит,
Не смотря на все.
До конца оценить не успею,
Сердца красную жилку любви.
Наверно, я теперь страшнее змея,
Чем вошедшие в плоть ножи.
Что сделала со мной разлука,
Что сделала со мной любовь.
Черт!!!
Я ненавижу душу твою и кровь.

Прошлое ветер в руку кидает,
С пылью, песком, кружатся деньки.
Слова, смех, ругань, запятая,
Все с треском зажимается в тески.
Они, как медь, блестят, сверкают,
На них разлила золото слеза-
Было мучительно больно, когда
Смесь обжигала глаза.
Цветы соберут последний мой свет.
Цветы не поймут, что это, лишь, бред.

Мы связаны незримой нитью,
Мы связаны кольцом всех чувств,
Все на свете – это удлинитель,
Вырывается язык из уст,
Ты уедешь в другие страны –
Мы опутаем ей полстраны,
Паутина – перед домами,
Паутина там, где ходишь ты.
Но цвет белый заметят лишь летом,
Среди красок цветов и травы,
Ну, а ты, пока пой дуэтом
С вьюгой из снега зимы.

Боже, научитесь понимать через стихи!
Вот, я кричу, смотри.
Вот, я кидаю сердце и душу на листок.
Никто не хочет слушать,
Все пинают буквы между строк.
Разбросав по сторонам мышцы, косточки скелета,
Вырву ком я с кулачок,
Растопчу, размажу лето по стеблям молодых берез.
Как мне жить, кому мне верить,
С кем любви растить свой сад?
Как все чувства перемерить за день жизни,
За год, вечность,
Или вовсе не по силу это мне?
Может.
Боже, научитесь понимать через стихи,
Я давно кричала,
Я не счастлива с тобою, уходи, прости.

Если, кажется, что руки замерзли,
Прислони их к стеклу,
Видишь, отпечаток, значит ты теплее.
Значит, не совсем приблизился к Христу.

Любовь духовная – бессмертна,
Да, души сплелись корнями могущественных кленов, навсегда.
И, там, где реальность, кажется бесцветна,
Любовь духовная вознесет на небеса.
Разгребая дни, минуты и секунды,
Протаскивая в свет проволоку любви традиционной,
Любовь духовная лавой разольется
По черепам всех тех, кто говорить, что любят склонны.
Все с выше подается нам на блюдце с золотой каемкой.
Все: и первый крик ребенка и смерти хохот звонкий.

Память не размоется дождями,
Не сгниет в земле сырой.
Все, что происходит между нами,
Не пустит к нам покой живой.
Не наши дни-корни времени,
Прорастают в почву секунд.
Все на свете мною неизведанно,
Все на свете: ненависть и пыл.
Я пронесу через вечность любовь,
А может, это чувство не помню,
Я пронесу через вечность покой,
И закроете за мной крышку гроба.

Тупо трещит голова и мелькает курсор на экране.
Так уже 40 минут,- все внимание в лист.
Мысли крутятся, но выпрыгнуть не могут,
Их пугает ветра злого свист.
Мое сердце стучит, стук взрывает все стены,
Рушится мир вокруг без него.
Я канатом натяну зеленоватые вены,
И спущу его через окно.

Я смотрю на небо,
Слышу сердца стон.
А внутри горит огонь,
Шепчет кто-то его имя в нем.
Все прощаю, только отпусти,
С неба вывались осколок
И разрежь все мысли в голове,
Те, что Бог сказал нести.
Все нас свете тленно, тлеет.
И когда-нибудь сгорит.
Но любовь моя навеки,
Словно памятник стоит.
Я была бы злым вандалом
И разрушала бы свет,
Где ты вместе, где ты рядом с ней
Ложкой черпаешь обед.
Посмотри на пальцы, на руки мои,
Все в мозолях, гроб заказан,
Похороны любви.
Лично землю буду ковырять
Я лопатой злой, тяжелой.
Чтобы в век не вспоминать
О тебе, мой вечный, кровный…

Лопнуло сердце резинкой на пол,
Копоть в душе.
Мысли разлились, как лужи в голове.
Бог есть, нет?
На что взор его священный устремлен сейчас?
Он, куда девает счастья ком?
Те глотать его пытаются,
Кто живет вразрез той веры,
Что я несу через года.
Каждый стон мой не перемерить,
Каждое море, с горочкой соли,
Не испить до дна.
Ты Бог, а может, Я?
Спросите все у тьмы и света.
Спросите где поярче жить,
Там каждое слово блестит, как монета,
И каждое чувство всего лишь, капрона нить.
Нету света,
Нету тьмы.
Мир весь - мы,
Но мы - одни.

Знай, противны мысли о тебе теперь!
Противно слушать голос твой и видеть лик.
Глаза твои – пустоты для меня, поверь,
И сердца, наконец – то, приглушился крик.
Склонять перед тобою голову и целовать ступню,
Как раб безмозглый, не подумаю.
Я все опять переоценить смогу
И жизни свет испить попробую.
Это, как письмо к тебе, читай,
Порви, сожги, запомни,
Пойми, а лучше, нет, не понимай.
Оно, наверно правду говорит,
А я не пробую.

Все по чем-то в мире этом,
Деньги, знаки, все об этом.
Солнца свет, как дорого он стоит?
Дождь и ветер, с неба снег?
Тьма, рассудок, человек.
Долбится расчет тяжестью закрытых век.
Умным хочешь стать?
Проблемы нет,
Смажь руку ректора бальзамом,
Его ты больше вылей
Не жалей.
Все души «непродажные» расставив
По степени продажности своей.
Все по чем-то в мире этом,
Но отнюдь, не в деньгах толк,
Труд и ум их делают дуэтом,
А добро же выкует наш Бог.

Если я была бы магом,
Сумасшедшим и могучим,
Не трудилась я б над благом,
И не делала б как лучше.
Стук шагов так четко слышен,
Шелест листьев под ступней.
Я б не делала б открытий,
И уж точно не была б с тобой.
Каждый шаг мной обусловлен,
В нем желание, судьба,
Топ, - и ты уже покойник,
Топ, - и снова воскресла тебя.

Как грустно выкидывать время,
И с ним же выкидывать нас.
Я знаю вкус слова «потеря»,
Ад его скользит по губам.
Прожженное сердце, прожженные пальцы-
Атрибуты любви неземной.
Сотни глаз, устремленных к вершинам,
К вершинам, где ищут покой,
Уставшие от вулканов,
Вулканы устали от нас,
Взрываются в мозге однажды,
Секунда, - и здравый смысл погас.

Если ночью выглянешь в окно
И посмотришь в неба свет,
Да, он ночью лучше виден,
Среди звезд – светил, планет.
Ты увидишь крылья эльфов,
Маленьких жильцов мечты.
Сверху скинут они ленты, разноцветные шары.
Капли янтаря с луны
Полетят к тебе под землю.
Ты увидел их? Лови!
Все с небес нетленно, верю.
Так закрыться и повиснуть
В этой капле навсегда,
Отразиться в глазе птицы,
Пролетающей моря.
Дальше высунусь я телом и ударюсь в смок,
Чтобы ты, мой злой, неверный
Вновь воскреснуть мог.

Я одинока без тебя,
Пусть сотни рук меня ласкают,
Пусть каждый норовит сказать, что я мила.
Я одинока без тебя,
Пусть ты проходишь где-то рядом.
Не прикоснемся даже взглядом,
Твоя рука, вдали моя рука.
Я одинока без тебя,
Дари свой взгляд могучий ей
И на ухо шепчи, что всех она милей.
Я одинока без тебя,
И одиночество в стократ становится сильней,
Когда я вспоминаю, что любишь ты меня,
А говоришь об этом ей.

Я ненавижу себя: я наивна, глупа.
Я невеста снаружи, а в душе я – вдова.
Я могу сказать «нет», у слышат все «да».
Да, мой стих – это блеф, мой стих – ерунда.
Но среди дней переплетов, среди времени взлетов
Поэзия спасает всегда.

Мы благодарны всем,
Всему, что заставляет улыбаться,
Всему, что закроет сумрак проблем,
Что в двери привык к нам стучаться.
Мы благодарны цветам,
Которые растут под балконом,
Мы скажем спасибо годам,
Прошедшим сквозь нас со звоном.
Мы руку пожмем неудаче серьезной,
Что кровь мешала с вином.
Посмотрим в лицо ей, ударимся взором,
И жизнь перевернем вверх дном.
Мы все можем, мы могучи.
Страх сжимал когда-то кисти рук,
Мы не трусы, мы же лучше,
Не страшен вид нам разлук.

Мы даже обману скажем «спасибо»,
Толкнув его смело в сильную спину.

Без старого новое не может быть,
Без прошлого настоящее не встанет.
Неудачи ком пытаешься забыть?
Не стоит, оно вновь не сможет всплыть
И права свои расставить.
Он не любит.
Слова нож острием терзает тебе спину.
Он не любит. Ну и чтож?
Потерял меня – обидно.
Слезы льются, сердце бьется,
Значит это нужно вновь,
Значит чьи – то вновь пути сомкнутся
Путь – надежда, путь – любовь.
Веры путь, он каждому знаком,
Все мы верим в то, что есть на свете
Лжи страданья, зла рыданья
И в то, что все мы Бога дети.

Исповедь

Я хотела сказать, не довольна судьбой.
Я хотела узнать, почему не со мной.
Я хотела спросить может это мой грех?
Я хотела уйти навсегда и от всех.
Я хотела упасть вдруг нечаянно с крыльца,
Я хотела накрыться железом кольца.
Я хотела взглянуть, что же там, под землей,
Слово «смерть» - запрет мыслям бежать за мечтой,
Я же знаю, ты смотришь,
Я же знаю, ты ждешь,
Ты все видишь и слышишь,
В храме слово – не ложь.
В сердце камня не будет, ты излечишь меня,
Ты погладишь мне руку, приподнимешь любя.
Отряхнешь пыль с колен,
Ч то внизу пред тобой,
Поцелуешь в глаза
И отправишь домой.
Посажу светлячка в мир священный огня,
Мир, питаемый просьбами таких как и я,
Свечка желтая будет долго гореть,
За его красоту, за здоровье,
Но не за смерть.

Если обижаю иногда - прости,
Если стану не нужна вдруг – отпусти,
Если мало ласки – ты скажи,
Если мои глазки надоели – завяжи.
Если ночью не с тобой - пойми,
Если ищешь у другой покой – уйди,
Если сны все обо мне, найди
Путь единственный ко мне - иди.
Если смерть придет – руби,
Не отдавай меня – люби.