Город

Стоял он сотни лет под солнечным огнём,
По улицам его поток времён струился.
Как муравейник жил он днём,
А ночью от огней искрился.
Строители его уж обратились в прах,
Никто не вспомнит их могилы,
Но помнит он их боль и страх.
Для города они всё ещё живы.
Сменялся день за днём,
Летело быстро время,
А он стоял судьбе наперекор.
Хоть время шло с не меньшей частотой,
Средь бела дня брат брата убивал.
А город с удивленьем и тоской
Стоял стеною и за этим наблюдал.
Под солнечным огнём он сотни лет стоял,
И времени поток струился по проспектам.
А на людей вопросы он молчал,
Их крики доносились ему ветром.
Знал город многое и помнил всё,
Ведь столько судеб мимо проходило.
Ему же было всё равно.
Он на людей взирал невозмутимо.
Избит дождём и ветром посечён,
И старых зданий шрамами украшен.
Он теми же людьми на гетто рассечён.
И город с каждым днём всё больше страшен.
Глядя на мир глазами битых окон
Он ждал, что образумятся они,
Очистят стены от плакатов и листовок.
И вновь по улицам зажгутся фонари.
Наверно зря ждал город перемен,
Всеми частями, из которых он был сложен:
Толпа вела бессмысленный обмен –
Кому, когда и сколько должен.
И с затаённой болью он смотрел
Как мстят друг другу за надуманные слёзы.
Сплелся узор из человечьих тел,
А город жил, лелея свои грёзы...