Горянкам

Верба у Баксана почки распустила,
Белые пушинки - нежны на ветру,
Что-ты моя мама тихо загрустила
Иль встречать не рада тёплую весну?

Почему склонившись над руном сребристым
Прячешь в карей грусти горькую слезу,
Ведь сегодня небо над горами чисто
И волшебны трели за окном в саду?

Календарь настенный - с алою восьмёркой,
Женщинам планеты гимн поёт Весна,
Ты же загрустила памятью далёкой,
Что в душе балкарки до сих пор жива?

Ничего в ответ мне мама не сказала,
Подошла и молча сняла календарь,
Лист с восьмёркой марта с корнем оторвала,
Словно бы хотела оборвать печаль.

Но печаль не листик и срослась с годами.
И её не просто вырвать из груди:
Боль её родилась горечью изгнанья
Где-то там в далёкой и чужой степи.

Знаю моя мама, - сердцу не прикажешь
Позабыть обиды, сколько не живи,
Много ещё петель в жизни своей свяжешь,
Но печально будет верба у реки.

Мне же моя мама пожелать хотелось
Для тебя на свете только райских благ,
Чтобы у балкарок на душе всех пелось
И лишь слёзы счастья жили на глазах.

Пусть теперь вас больше не коснётся горе
И потомков ваших минет та судьба,
А назло обидам, бедам и упрёкам,
Будьте всех счастливей мамы на века.