Марафон длинной в жизнь.

Фидиппид -мое имя, я житель Афин
Полон сил и готов на поступок.
Жизнь длинной в марафон пробегаю один!
Не боясь потерять свой рассудок.
Я решился давно и поверьте теперь ни о чем сожалеть не хочу,
Босиком неустанно лечу, заражая идеей своей.
Мне встречаются люди на долгом пути,
Жизнь которых похожа на сон
Улыбаюсь их счастью…они позади,
Я бегу, жизнь моя марафон.
Толпы блудных зевак в след кричат:
“Cтой, чудак! Не дотянешь, не выдержит сердце!
Для чего надрываться? Замедли свой шаг
От судьбы никуда нам не деться!”
Вздулись жилы на шее –как тросы прочны,
Пот пробил, стало легче дышать.
Не могу по-другому, ушел с колеи
Не по мне ритм и темп замедлять!
Вызов бросит мне жизнь и цена высока
Принимаю без тени сомненья,
Дорогая для многих награда –мечта,
Не стыдясь приползет на коленях.
Не хочу подражанья; любви не прошу,
Не за этим отправился в путь.
Я ваш гость на сегодня и скоро уйду.
Дайте гостю чуть-чуть отдохнуть!
Кто-то глядя на шаг и легкость пути,
Пробормочет: ”Беспечный дурак”.
“А ты сам-то попробуй, тогда и суди!”-
Тишина…нет ответа, вот как?
Вы привыкли к комфорту, теплу очага
Да не скрою, я тоже им рад,
Но не главное в жизни кровать и еда,
Не готов песню петь на ваш лад.
Вы способны зажечься, о боли забыть
Просто так по велению сердца?
Свой инстинкт сохраненья и разум отмыть
От чернящего саможаленья?
Полюбите стремленье в себе, пылкий жар,
От которого хочешь кричать.
С радостью жить на земле –это дар,
Дар, который у вас не отнять.
Как-то стало со мной, захотел я узнать.
Для чего рождены мы, зачем умирать?
Есть ли правда на небе, что дальше нас ждет,
Преступив за врата Аида ворот?
Рассказал без утайки философ один.
Ни монеты не взял, поделился святым.
“Нет создателя свыше, все в наших руках.
Как умрем благочинно, развеют лишь прах!
Ты заснешь, не оставив и след на песке,
Соберутся родные все в скорби, тоске,
Целый вечер лишь будут тебя вспоминать,
А под утро отправятся как и ты спать.
Нет Божьих законов, есть суд людской,
Будет надо кому-то, займутся тобой.
Все зависит от нас и нам решать,
Для чего рождены мы, зачем умирать?”
Не поверил с испуга ушам своим,
Уж лучше родился философ немым!
Перебил его речи, зажегся огнем:
“Тогда жить лучше древесным пнем!
Чему ты учишь, оглянись вокруг
И ты увидишь сотни верных рук,
Глаза дарящие тепло
Без платы, так, нечаянно…
А вдруг окажешься в беде,
На дне колодца в ледяной воде?
Уставишь взор свой к небесам,
Взовешь к Олимпа голосам.
Не прав во многом, ты мой друг,
Усохнет тело, будет дух.
Расправит крылья, воспарит,
Над грешным миром полетит.
И будет тот полет красив
В небес непознанный массив,
Придут блаженство и покой,
Усталость снимет как рукой!
Догонит стаю диких птиц,
Не знающих людских границ,
Бессмертных душ парящий строй,
Влекущий следом за собой.
Я верю в это, миг придет,
Награду каждый обретет
За благородные дела,
За труд с рассвета до утра.
Казнить правителям дано,
Но высший суд, он все-равно
Грядет для каждого из нас,
Рассудит всех в последний раз.”
Я бегу, не взирая на холод и зной,
Разрываюсь на части, харкаю слюной.
Много миль позади –им приказано ждать
Краткий миг триумфальный, что должен настать.
От забегов таких не станешь красив,
Но забуду про зеркало, я бесстрашен, ретив.
Обрету совершенство дав волю ногам,
Я живу без остатка на зависть врагам.
Ох, уже тяжело…продолжаю свой путь,
С счета сбился давно, не вздохнуть, не выдохнуть!
Сердце иглы пронзают, темнеет в глазах
К горлу ком подползает –необузданный страх.
Да где ж Афины, мочи нет
Не уж-то сгину в этом поле?
Я не сдаюсь, а тороплю ответ,
Когда придет дыхание второе?
Трясутся руки, отощал,
Родная мать бы не узнала.
Не симпатичен мой оскал,
Лишь капля сил от номинала.
Покажется далекий свет,
Поднимет шансы на спасенье.
Иль грежу им я, света нет?
Не прекратить мое паденье!
Ну, что глядите сквозь листву
Кусты, цветущие красиво.
Вы помогите бегуну,
Укройте от небес огнива.
Увы, бессмысленны мольбы,
Не ждать подмоги от природы.
Остатки мышц напряжены,
Превозмогая жар погоды.
И все же смерть мне не страшна,
Склонюсь к земле родной я.
Сомнений нет, спустя года
Вы вспомните героя.
Довольно бед и женских слез
В себе таит война,
Уставший человек все снес,
Дождитесь бегуна.
И вот мой дом,
Ну, наконец, порадую родных.
Пусть отпевают мертвецов,
Прославят пусть живых.
Вбежал на площадь,
Где всегда полным-полно людей.
Затихла шумная толпа,
Все ждут благих вестей.
Окончен путь, сумел, успел
Ведь силы где-то выли.
На всю округу прохрипел:
“Радуйтесь, Афиняне, мы победили!”
Упал и умер, все сказал!
А думал обойдется.
Как лошадь загнанная, я не знал,
Что сердце тоже рвется.