МИФ

Как часто те, кто не знал кары,
Презавышая силы дар,
Красуясь в ореоле славы
Клеймят того, кто ростом мал.

Гордясь собой, убив Пифона, победой славной окрылен,
Летел, красуясь, сын Латоны золотоликий Аполлон.
Увидев, как малыш кудрявый любви посланник - бог Эрот
В свой лук вложил стрелу удало, бросая блики в небосвод,
Затрясся Аполлон от смеха:
- Скажи, на что тебе дитя,
Такое грозное оружье?
Эрот ответил не шутя:
- Ты Аполлон – герой, не спорю,
Но знай, не так уж плох и я,
Не стоит биться нам с тобою,
Моя стрела пронзит тебя!
- Мальчишка! Где тебе тягаться?
Не доводил бы до беды!
Удел героев в битвах драться,
Внимая пенью тетивы!
Эрот, обиженный словами, не слушал боле грубых фраз.
Взмахнув блестящими крылами, взлетел на пик горы Парнас.
Там вынул две стрелы златые, лук натянул, что было сил,
Направил верною рукою, и сразу сердца два пронзил.
Одна стрела несла с собою любви безумной чудный дар,
Другая, словно злой рукою, срывала чувств любых угар.
Однажды по земным просторам гулял беспечно Аполлон,
И красотою нимфы Дафны в одно мгновенье был пленен.
Но Дафна, страсти избегая, спасаясь, бросилась бежать,
И Аполлон, в любви сгорая, беглянку все не мог догнать.
- Зачем бежишь? Постой, послушай!
Тебе я не желаю зла!
Остановись! Ты ранишь душу,
Моя прелестная звезда!
Ты как овечка убегаешь,
Услышав волчий лязг зубов,
Меня ты этим истязаешь,
Страдает сердце от оков!
Смотри, об острый куст терновый
Ты ноги исколола в кровь,
Смени на милость взгляд суровый,
О, что ты делаешь, любовь!
Но силы нимфу оставляют, и пьяным ужасом полна,
Уже гонителя дыханье спиною чувствует она.
Остановившись, руки к небу возводит, изгибая бровь:
- Отец Пеней, спаси, помилуй!
Пускай остынет в жилах кровь!
Мой облик беды мне приносит,
О, расступись, прошу земля!
Бег сердце больше не выносит,
Прими и поглоти меня!
Лишь только речи отзвучали, как сразу нимфы нежный стан
В кору оделся, и в печали, пред Аполлоном лавр предстал.
Скорбя, поникнув головою, ствол обнимает Мусагет,
А ветки шелестят листвою и наклоняются в ответ.
- Теперь меня ты не покинешь,
Хоть поздно я тебя догнал,
Я зеленью твоей украшу
Свою кифару и колчан.
И с той поры с венком лавровым не расстается Аполлон,
С тоскою, вспоминая снова, как был безумно он влюблен.
А милый мальчик шаловливый, губитель душ, как страшный рок,
Невинный, гордый и счастливый решил, что лучший он стрелок.
Теперь без промаха вонзает он стрелы счастья иль беды,
Сердца без жалости терзает, даря и руша все мечты.