Нас взращивали, малолетних...

Нас взращивали, малолетних,
. . . . . . . . . . . . . .
И было все: слова и сплетни,
Вот только не было стихов
И не валяла нас цензура,
Не целились упреки глаз
И слов «идти на амбразуру»
Не понимали мы, а нас…
А нас… не понимали тоже,
Но убаюкивали всласть
И мы тонули в ритме ложек,
Картошек, ужинов и ласк.
Так мы взрослели понемножку,
Как в зазеркалье, в забытье,
Где на окне сидела кошка
И слово новое «поэт»
Звучало глупо, как канистра,
Недоплескавшя бензин
Та, что усыновила искру,
О всем забыв. Оно разит
Как вонь от скунса,
Как скука, скученная в грамм,
Но это слово было… вкусным,
Загадочным, как Китежград.
Кора берез, мороз, стервозы
Нас не настроили на быт.
На «вы» мы называли прозу,
На «ТЫ» поэзию. Я был
Одним из тех, кто много плакал,
Орал, молчал, кричал и пил,
Скулил, как по зиме собака,
Любил безумно, как дебил.

Лицо просило «Клирасила»,
А руки – битвы при Кресси.
Нам было многое по силам
И не хватало только сил.

а слово "поэт" и

а слово "поэт" и сейчас глупо звучит)
хорошие стихи у Вас.