Рассказы Инфинилии

СИНИЙ ЦВЕТ
Синяя даль – это мечта, это мир утонченности и красоты. Что-то зовет в глубину синего. Синева серьезна и нежна, глубинна и молода, темна и в то же время в ней чувствуется свет и легкость. Это одно из самого тончайшего в мире. Это что-то сияющее. В синеве чувствуется изящество и какая-то мягкость. Синий цвет рождает мечту, увлекает в ее бесконечную даль. Это цвет любви. Это мир холода и красоты. Чувствуется какое-то облегчение и успокоение, и при этом интерес пробуждается. Это что-то нежнейшее, тончайшее, пассивное и холодное. Но его глубина дает ощущение легкости и подспудного света. Возможно это тоска, но она красивая и тончайшая. Это – синяя нежная и возвышенная, прекрасная грусть. Синева – это что-то таинственное, непостижимое и самое глубинное.

МУЗЫКА
Она шла по ночной Москве мимо зданий и афиш, слушая музыку. Мир изливался в ярком, тончайшем ощущении. Невыразимое удовольствие от одной и той же песни, которую она слушала бесконечно, уносило ее и неописуемую интригующую даль. Мелодия захватывала дух, сердце билось быстро, все было наполнено восхищением. Музыка тонкая и жесткая, пронзающая лирическими струнами, пронизывала всю ее душу. Она не могла найти ассоциаций с теми сложнейшими образами, которые внедряла эта песни.

Она шла мимо закрытых магазинов, перешла дорогу. Весь мир сквозь эту композицию, музыка делала его прекрасным. Она наслаждалась и не могла остановиться. Напряженнее становилась душа, и удовольствие сильнее и ярче вилось в ней. Хотелось идти и идти, слушать и слушать эту необыкновенную песню. Она видела и ощущала ночную Москву сквозь эту мелодию, инструменты отстукивали ритмичную утонченность. Только ночь, фонари, красота и музыка.

Она шла мимо витрин. И каждую долю секунды жила мгновениями этой композиции. Это была любовь, очень сильная, любовь к песне, которая не могла сравниться ни с чем и рождала таинственный мир в ее душе. Это был именно тот неповторимый, загадочный образ, в который она влюбилась.

Не было того, что отражало бы этот интригующий образ. Изящные современные инструменты придавали тонкость, жесткость и необыкновенную красоту. Музыка пронизывала с каждым, мотив извивался, но не плавно, а как бы угловато и стройно.

Она шла, сквозь музыку глядя на афиши и магазины. Подул в лицо холодный ветер в момент очередного инструментального удара, улица вписывалась в музыку, ночной город дополнял ее впечатление, словно она своим прекрасным звуком отражала вид ночной Москвы.

В очередной поворот мелодии она спустилась по лестнице, когда композиция набрала силу, она поднялась наверх и шла, шла дальше в ритм мимо деревьев и фонарей. Она словно утопала в вихре, ощущала как будто то взлетает, то падает, то кружится в водовороте, то ее сдувает ветер в одну сторону, то в другую, то нежнейший стон остро затрагивает красивую душевную боль.

Вихрь летел в бездонное небо, в бесконечность. Серьезность и сила музыки восхищали. Она вслушивалась из мига в миг в малейшую долю звука, жила этим. Эта таинственность и счастье было неземным. Ей ничего не нужно было, только идти по Москве и слушать эту композицию. Прослушиванием этой мелодии она проделывала очень сложную, неведомую интеллектуальную и душевную работу, которая была интересна и изнуряюща. Это ощущение невозможно было объяснить.

Она шла по Москве мимо витрин и рекламы видя этот мир через музыку . Время для нее остановилось и при этом шло очень быстро. Музыка давала ей энергию и фантастическую красоту. Она шла мимо витрин и афиш, испытывая высшее счастье.