теперь точно

сегодня одна из тех бесконечных зим.
глинтвейнами, да детством своим задыхающимся тебя брать
это голое сердце и макушка в снегу - вот и вся моя рать,
вот и вся моя рать, мой соколик, и я буду тебя брать.
но ты стал взрослый и совершенно невыносим.

ты не счастье сто лет мне, но ладно уж, доставай, открывай
от каких еще вьюг теперь согревать тебя, укрывать,
смотри, как душа моя-когтеточка платьицем падает на кровать
столько соли во рту, столько боли, ну ладно уж. наливай.

И вот так в зубы стиснуть всё самое нежное, горькое, летнее
и, шатаясь по комнате, как на тонущем корабле
прохрипеть только воздухом: значит слушай. это последнее,
теперь это точно уже, ты слышишь меня, последнее
что я пишу тебе.

великолепно...

великолепно...