Тишина

Шум воды был прерван его шагами. На мгновение наступила тишина.
Кап-кап – издавал кран.
Топ-топ – вторил паркет.
Она вышла завернутая в красное полотенце и молча на него посмотрела. Он был зеленый, с фиолетовыми отливами под глазами. Он виновато улыбался и с шляпы его слетали снежинки. Она молча посмотрела на него и прошла мимо. Цокнула дверь. Снова наступила тишина.
Плюм-плюм – возле его ног стало собираться маленькое кладбище уличного снега. А он так и стоял и все смотрел на два испаряющихся следа от ее маленьких ступней. Он улыбался, светло почему-то, но уже через секунду на его губах вырисовывался оскал. Он то сжимал кулаки, то вновь разжимал их, и так продолжалось пока она снова не вышла. Одетая, с белым пакетом в руках. Он не двигался. Она прошла мимо него, задев плечом.
Клоц-клоц – протрещали ее каблуки по кухонному паркету.
Он прислонился о косяк и стал лицезреть, как она ловко открывает все шкафы и что-то оттуда достает. Ему было абсолютно безразлично, что пропадает за оболочкой ее пакета, и нужно ли это ему. Он просто наслаждался ее рукой, волосами, запахом.
Грохнул ящик. Она схватила какой-то нож и последним отправила его в пакет. Затем она резко развернулась на каблуках и снова их взгляд встретился. И снова время замерло, и снова потянулась тишина. Вязкая, тягучая. Она смотрела на него, он на нее, и никто из них не мог перевести взгляд.
Мяу! – большой серый кот потерся о его ноги. Она встрепенулась и, схватив пакет, быстро вышла в коридор.
У самой двери, он схватил ее за руку.
- Не уходи… - прошептал он.
Она молча дернула рукой, но слабо, виновато.
- Не уходи… - он судорожно блеснул глазами.
Дверь тихо прикрылась. Наступила тишина. Кот продолжал тереться о ножку стула, часы отбивали свой такт. Он снял шляпу и повесил ее на ручку двери.
Наступила полная тишина, вечная. Теперь ее никто не перебьёт лязганием посуды или звуком захлопывающейся пудры. Никто не скажет: бытовое «вынеси мусор», уже никто, а жаль. Почему-то именно сейчас ему захотелось сделать именно это. Вынести мусор, помыть окна, пропылесосить. Но теперь он никогда не услышит этой просьбы. Не услышит этого милого голоса, который так не любил просить о чем-либо. Началась тишина.
Он сел на корточки. Кот перевел свои зеленые глаза на него.
- Мяу…- протянул он, подходя, и начав тереться о его коленку.
- Шшшшш, - прислоняя палец к губам, произнес он – давай слушать тишину…