В Петербурге небо другое...

Смотрю в окно и вижу голубое небо.
Одно оно во всех углах Земли.
Но нет, я верно заблуждаюсь.
Другим мне кажется оно в Германии.
В ярко-розовых лучах воздушных
Солнца бледного, что скрылось за горами,
Деревеньки обнимает небосвод
В перемешку с небольшими городами.

В Петербурге небо свинцовое
Зависло между миром и вечностью,
Проглатывая жёлто-серую жижу-
Питерских домов бесконечность.
Это город грязный, город Достоевского,
Где "расскольниковы" убивают бабушек.
Крысы мечутся стаями в ночи,
Пугая проституток-"ночных бабочек".
Здесь в 3 утра жизнь только начинается,
А у кого-то и непыльная работа:
"Менты" в кустах засевши недыша,
Пытаются за взятку побороть дремоту.
Визжа и сотрясая городские стёкла,
Спешит на выезд "неотложка".
Подмигивают нервно светофоры,
Борцу за жизнь не перекрыв дорожку.
Исполнив рэквием несбывшейся мечте,
В подъездах отсыревших кайфуют наркоманы,
Отдавшись в плен весёлому дурману,
Продавши души игольному дурману.
После клуба студент малохольный
Себя в зеркале ветрин не узнаёт.
Загажена футболка Dolche & Gabanna.
Таким его новый день застаёт.
Выставляя себя на показ,
Сверкая золотом барочным,
Отдаваясь туристу за евро,
Стоят в полуденной тени дворцы порочно.
Церквей да соборов купола
Отражаются в мутных лужах.
Идут люди туда за верой,
Только Бог никому уж не нужен.
Ставят свечки и требуют денег,
Но жалеют хлеба краюшку,
Когда видят с протянутой рукой
Оголодавшую нищую старушку.
В этом городе романтика завяла,
Утопая в море бензина.
Ценичных, пошлых людей
Засасывает в алчности трясину.

Но таким люблю я этот город.
Что мне до какой-то там Германии!
Лучше поиграю в "русскую рулетку",
Чем жить в тюрьме с усиленным питанием.