В проблесках рассудка

Внутри меня коварный смех.
Я резок, нелюдим,
И нет во мне благих утех,
Лишь боль и едкий дым.

Мой дом печален и угрюм,
Стоит в немой тени.
В нём стон и скрип, томящий шум,
И чувственность вины.

Хрустит осенняя листва,
В земле посажен дуб,
В крови подмёрзшая трава,
В стене заложен труп.

Не бьют часы уже давно,
Внутри гнездище змей.
Здесь всё чумой заражено,
Уйти бы мне скорей.

Сочатся капли с потолка,
Бесшумно бродит дух,
Наверно смерть моя близка,
Повсюду тучи мух.

Я сел за стол, открыл вино,
Поел простого сыра.
Я - человек, но всё равно,
В грязи живого мира.