Вдох-пауза (Триптих)

Без осмысления пройденного открывается дверь в новый день. Здравствуй, день. Минуты медленно поблескивают в прозрачном воздухе раннего утра. Вирасана сменяется сарвангасаной, далее халасана. В конечном счете, ты лежишь в «позе трупа» и приветствуешь новый день.

Тело распрямилось, вытянулось. Ему хотелось жить. Душа вдохнула воздух, расправилась. Она уже тоже не возражала против еще одного «Доброго утра», пары «Привет» и нескольких «Как дела?». Думалось о мышцах, связках, суставах и начинающемся дне.

Физическая боль всегда приятнее и успокоительнее. От нее можно выпить таблетку, сделать пару упражнений на растяжку и расслабление. Как расслабить спазм в солнечном сплетении, чуть пониже сердца, нигде не написано. Сколько и каких лекарств пить от бродящих в голове мыслей, тоже не сказано. Полторы минуты в халасане. В конце этих минут остается только «мышцы лица, шеи, живота расслаблены. Вдох-пауза-выдох-пауза-вдох…»

Вечером душа снова поставит тело на ноги и погонит его по улицам разглядывать дома и деревья. И в голове будут метаться мысли, перепутываясь, начинаясь с начала… А в конце дня уронить измученное душой тело на постель до нового утра.

Все будет именно так. Ну, возможно, однажды ты повернешь голову и обнаружишь себя в машине рядом с чужим человеком. Услышишь свой собственный смех. В конце дороги увернешься от прощального поцелуя и предложишь позвонить «когда-нибудь». Тебе скажут, что его не нужно мучить, ты согласишься и не ответишь на звонок.

Спазм между сердцем и солнечным сплетением нисколько не успокоится и не ослабнет. При каждом звуке уже почти невозможного голоса что-то внутри будет обрываться…

Выключиться, отказаться от этого мира. Шавасана – десять минут. Тебе удается почти все, только приветствие нового дня пока не очень. И еще ни один учитель не может подсказать, что же делать с сердцем и навсегда скрутившимся возле него комком. Никогда не получится полностью достичь просветления, потому что есть спазм. Никогда не получится освободить этот спазм, потому что это единственное, кроме редких и случайных звуков похожих голосов, что не дает забыть… И ведь не хочется забывать!

Душ, белые брюки и строгая кофта… До вечера, до незнакомой машины и чужого человека рядом с тобой, до нового несложившегося поцелуя все забыть. До безумного мотания по городу в старых разбитых кроссовках.

Кто сказал, что срок у любви – три года? Кто соврал, что проходит все? Спазм над солнечным сплетением, появившийся однажды летним вечером не хотел исчезать ни за год, ни за два. Ни на улице, ни в «позе треугольника», ни в чужой машине. О нем забывалось на полминуты и вспоминалось снова легким опьянением «голоса похожего на твой».

Жизнь словно замерла по счету «вдох-пауза….»

Кто сказал, что

Кто сказал, что срок у любви – три года?

Кто сказал, что

Кто сказал, что срок у любви – три года?

У Бегбедера

У Бегбедера есть такая повесть "Любовь живет три года" :-)

интересные

интересные зарисовки получаются у тебя,Ань, жизненные такие. / единственное - как можно запомнить все эти ...-саны?)

Только

Только регулярно повторяя.. .Ежедневно ;-)))
Ушла в сарвангасану :-)))