Журфак-9-10. Виктор Притула

Я в середине сентября
Назад в Москву из Красноярска
Вернулся... Кроны серебря
Свет осени сгущался ярко.

Какие новости, журфак?
Во-первых, классная общага.
Проща й, наш филиал, где так
Задорно множилась отвага,

Где столько выпито в кругу
Друзей под ритм крутого рока.
И я едва ли вам солгу
На вздохе, что любовь жестока...

На первом курсе я любил –
Ох! – однокурсницу Ирину.
А ей Филатов только мил,
Земляк-актер, терзавший рифму,

Актер, поэт – такой расклад.
Он Черепановой Ирине
Земляк. Их город – Ашхабад.
Из-за него я был в кручине.

Потом отчаянный роман
Случился с Танечкой Кройтору...
Сейчас над будущем туман.
Хотя уже вошел я в пору,

Когда пора создать семью
И есть в супруги претендентка.
Но эту тему разовью
Позднее...
-- Кто она, студентка?

-- Потом... –
Я снова продаю
Календари с лотка от «Дружбы».
Не сетую на жизнь мою,
На холод – выдержать лишь гуж бы,

Труды с учебой совместив –
Непросто, нелегко, несладко.
Несу мой крест, покуда жив,
К учебе не ослабла хватка.

Опять Кучборская у нас.
Теперь -- с Бальзаком и Стендалем.
Богиня возвышает глас –
И мы Жульену сострадаем.

Опять военка и истпарт,
Истмат и прочие химеры.
Идеологии диктат –
Им забиваемы сверх меры.

А в нашей группе новый мэтр –
Буданцев Юрий свет Петрович.
Он молод, щупл – и с кепкой метр,
Но головаст! О чем ни спросишь –

Даст обстоятелный ответ.
Он новое кладет на карту.
Мэтр – эрудит, науковед.
Он прославляет опыт Тарту,

Где Лотман-энциклопедист...
Буданцев с Бахтиным знакомит.
Умен наш мастер и речист,
Он знаниями нас накормит.

Что поражает: сибиряк
Из самой что ни есть глубинки
Привнес отважно на журфак
Наук свежайшие новинки.

Документальное кино
Как раз подъем переживает.
В его специфику окно
Для нас Буданцев прорубает.

Нас семиотикой грузил,
Структуралистикой Буданцев,
И экологию открыл –
Мозги корежит у страдальцев.

Кино... Я грезил о кино.
И ВГИК я штурмовал недаром.
Меня всегда влекло оно,
Им вдохновлялись мы с Нодаром...

Теперь толкнул меня в разбег,
Буданцев творческим посылом:
Мол, крупным планом – человек...
Что мне по нраву и по силам...

Теоретический подход
Уводит нас от эмпиризма...
Тут незаметно – Новый год...
Буданцев от авантюризма

Интеллигентно отучил...
Готовлюсь к сессии серьезно.
Едва ли прежде так учил.
Вот – исправляюсь, коль не поздно.

-- У нас – событие! – Декан
Волнуется – и голос «папин»
Дрожит:
-- Мы отменяем план
Учебный дня: к нам едет Лапин! –

В Коммунистической – аншлаг.
Набились даже на галерку.
-- Он раньше навещал журфак?
-- Нет, никогда...
-- Начнем планерку? –

...Невзрачный мелкий мужичок
С прорерженною рыжиною...
Но взглянет – на тебе ожог!
Манипулирует страною

Посредством радио, ЦТ,
Над коими он самый главный....
Ждем откровений во тщете.
И понимаем, как бесправны

Те, кто влияет на страну...
Сергей Георгич не скрывает,
Что не допустит ни одну –
К эфиру вольность, изживает

Все, «что свободою горит».
-- Не будет на ЦТ «Таганки» --
С пренебреженьем говорит:
-- От «КВН’а» ждать подлянки

Не стал – и прекратил его.
Хотят, что предъявить «эзопы» --
Вот Кремль, штурмуйте. Кто – кого... –
Георгич не скрывает злобы

К евреям:
-- Саша Масляков,
Талантливый, хороший парень.
Но рядом с ним полно хорьков.
Еврей – он скрытен и коварен... –

Не называет имена.
Но в «КВН» -- Юлий Гусман
И Пархомовский... Их страна
Узнала... Отличались вкусным

Отменным юмором... А он
Опасен брежневской системе.
Режим должон быть сохранен! –
Идея в лапинской «поэме»

Сквозила лейтмотивом... Он
Как цербер на идейном стреме...
Страна впадала в мрачный сон,
Все душится системой, кроме

Обожествленья старичка.
Увешанного орденами,
Как елка в Новый год... ЦК
Так издевается над нами,

Над всей огромною страной.
Выходим молча с этой встречи
С опустошенной головой
И кажется – дышать мне нечем...

Здесь раньше выступал Гэс Холл,
Американский комуняка.
Мы слушали с галерки, с хор...
Как ночь и день. Народ журфака

Американцем восхищен.
Тот – искренний борец с режимом,
Не нашим, правда. Мнился он
Отчаянным и одержимым

Идеей равенства... Она
Здесь выхолощена, забыта.
А летаргичная страна
Задушена... В груди обида,

В душе немыслимый разлад.
Зачем великие идеи
Журфак вбивает в души? Ад
Нас ждет. Страну ведут злодеи

К коллапсу. Перспективы нет
Пробиться к свету в этом смраде...
Надеяться, что будет свет?
Мне вспомнились рисунки Нади:

В них свет системе вопреки.
Она плевала на систему.
Вот выход. Плакать не с руки.
И цель – не биться лбом о стену,

Творить осмысленно свое,
Трудиться, не теряя чести
И, игнорируя гнилье,
Держаться, как солдаты в Бресте.